Thursday, May 10, 2018

За нашу свободу! /Военная история в памятниках/

Обелиск из серого гранита на берегу живописной бухты в створе городского бульвара — увенчанная навершием из крестов стелла, охраняемая двумя суровыми львами. На стелле скромная надпись на двух языках. За нашу свободу. Досужему иностранному туристу эти слова вряд ли что-то скажут, разве что привлечет внимание необычное навершие обелиска — кажется крест, вроде бы похож на немецкий? Да, похож. И не просто похож...
 
История эта началась с того, что 3 апреля 1918 года в Ханко высадились части Балтийской дивизии германского генерала Рюдигера фон дер Гольца. 

Молодому государству — лимитрофу рухнувшей Российской империи, едва получившему «из рук Ленина» вместе с декретом о независимости массу проблем в виде большевистских эмиссаров, прибывающих на поездах, груженых оружием, для поддержки Красной гвардии во вспыхнувшей кровавой Гражданской войне — этому государству требовалась помощь. Армия Финляндии только начинала формироваться (организованно выстыпали лишь отряды местной самообороны - шюцкор, как их называют в русскоязычной литературе); вооружалась, реквизируя брошенные российскими гарнизонами военные склады и обучалась воинскому искусству под руководством молодых офицеров-егерей, прошедших подготовку в германской армии, и старших офицеров, во главе с генералом русской армии Карлом Густавом Маннергеймом. Но времени было мало, вспыхнувшую революцию (не обольщайтесь, последователи Ленина, и «расные», и «белые» финны используют в данном контексте слово бунт) следовало погасить в зародыше. К тому же, Финляндия выбрала для себя на этом этапе монархическую форму правления, а королём был приглашён германский принц Карл Фридрих — племяник кайзера Вильгельма. При всех этих условиях просьба о помощи, направленная германцам, представляется делом естественным.
Gustav Adolf Joachim Rügiger von der Goltz (8.12.1865 - 12.11.1946), граф
Генерал-лейтенант германской армии, в 1918 году - командир дивизии Балтийского моря  
Фон дер Гольц был опытным и храбрым командиром, сопротивление — довольно слабым (красногвардейцы, как утверждают современные исследователи, стремились к переговорам), и, пройдя форcированным маршем 130 километров, к 15 апреля, после двухдневных уличных боёв германские части овладели столицей Финляндии Гельсингфорсом, подавив основной очаг сопротивления красногвардейцев. /Документальные съемки https://www.filmportal.de/video/deutsche-hilfe-fuer-finnland/ В эти же дни отряды белофиннов окружили город Тампере. Революция была подавлена, что, как мы видим, только к лучшему.

В конце 1918 года при магистрате города Ханко создаётся специальный комитет, выступивший инициатором сбора средств, в том числе и среди жителей других регионов, для возведения в Ханко «монумента свободы». Надо понимать, что для Финляндии того времени, едва победившей надвигавшуюся большевистскую угрозу, этот монумент был настоящим символом освобождения. Участие германцев было решено увековечить с тем, «чтобы и будущие поколения помнили братскую помощь, оказанную великим народом народу маленькому в его трудный час» как было написано в воззвании. Предполагалось, что коммуны Южной Финляндии откликнутся на этот призыв, так как они были освобождены ранее других, однако, и жители городов Остерботнии пожелали принять участие в сборе средств. В результате, к 1 мая 1919 года необходимая сумма была набрана, и комитет свою работу закончил. Всего из частных пожертвований (а вносили, надо сказать, весьма различные суммы — от 5 до 1000 марок) и взносов от муниципалитетов на счетах было собрано около 60 000 марок.Исходя из этой суммы был обхявлен конкурс, но лишь местная компания Granit Oy предложила два проекта, укладывавшихся в бюджет. Однако, когда обелиск было решено сделать более высоким, сумма увеличилась до 78 000 марок, и недостающие средства были покрыты из городского бюджета.

На обелиске по-фински, по-шведски и по-немецки была высечена надпись: 

Германские войска высадились в Ханко 3 апреля 1918 года, чтобы помочь нашей стране в её борьбе за свободу. Пусть этот камень во все времена подтверждает нашу благодарность

Местным скульптором Бертелем Нильссоном /Bertel Nilsson/ на обелиске был высечен также барельеф германского солдата. Венчало семиметровую стеллу навершие из четырех крестов /Schwarze Kreuz – официальный символ германской армии/ на шаре, выполненное из полированного гранита.

Церемония открытия прошла 16 апреля 1921 года (это символично: 15 апреля — официальный день оконачния Гражданской войны) при огромном стечении народа. Это был один из первых памятников независимой Финляндии, и его открытие вызвало настоящий ажиотаж — так сильны было среди финнов чувства патриотизма и благодарности. Поезда и пароходы прибывали в Ханко переполненными, мест в отелях и пансионах не осталось и многие были вынуждены размещаться в частных домах. Всего на открытии присутсовало около 2 000 человек, для тогдашнего крошечного курортного города это много. Впрочем, переживший в конце 19 — начале 20 века массовый поток беженцев и переселенцев (более 420 000 человек) город справился и на этот раз.
Перед открытием памятника состоялся торжественный парад, посе которого части дружин самообороны Ханко и Бромарва выстроились в каре вокруг обелиска. С торжественной речью выступила ректор Йейя Роос /Jeja Roos/. Присутствовали тайный советник Валлрот /E.Wallroth/ - министр Германии в Финляндии, бургомистр Хельсинки Ивар линдфорс /Ivar Lindfors/, командир отряда самообороны граф Аминофф /J.F.Aminoff/ и другие. На открытие памятника были приглашены многие известные лица Финляндии и Германии, однако, некотрые из них не смогли присутствовать. И если отсутствие Рюдигера фон дер Гольца еще можно объяснить событиями в самой Германии, а Маннергейма — стойкой антипатией к прогерманскому курсу тогдашнего парламента страны, то почему не было Свинхувуда, я лично объяснить не берусь. Ведь именно Пер Эвинд Свинхувуд, первый регент Финляндии и Президент страны в 1931-1937 г.г., национальный герой, возглавлявший делегацию, доставившую на судне «Eläköön” из Петрограда подписанную Лениным декларацию о независимости страны, активист и ярый сторонник независимости страны — именно он являлся одним из инициаторов просьбы к Германии об оказании военной помощи.
Pehr Evind /Ukko-Pekka/ Svinhufvud (15.12.1861 - 29.2.1944)
Из воспоминаний государственного советника Эдварда Хъельта /Edvard Hjelt/, первого посла Финляндии в Германии и одного из основателей егерского движения: 

««Добудь только нам сода немцев, иначе мы не сможем действовать», - говорил мне перед отъездом человек, ставший впоследствии нашим первым регентом, и тот же наказ давали и другие высокопоставленные друзья германцев в Хельсинки. Это задание мне необходимо было попытаться выполнить в надлежащем месте. Последнее поручение звучало в том виде, что мне следует «поправить свое здоровье в теплых краях»»  
 
Edvard Immanuel Hjelt (28.6.1855 - 2.7.1921) Государственный советник, профессор, ректор университета Хельсинки, первый посол Финляндии в Германии
15 ноября 1917 года, после начала Второй всеобщей стачки, Хъельт уехал в Германию. Впрочем, история германской интервенции в Финляндию, как и свзанный с этими событиями Аландский вопрос, требуют отдельного освещения. Пока же вернёмся к памятнику.

Фон дер Гольц позже неоднократно бывал в Финляндии в 30-е годы, посещал он и Ханко. Вот, кстати, генерал, правда, в штатском, на параде в честь 15-й годовщины высадки Балтийской дивизии — в первом ряду слева, высокий седой джентльмен с непокрытой головой.

12 марта 1940 года закончилась Зимняя война. Итогом нападения СССР на Финляндию стала, в числе прочего, передача полуострова Ханко в аренду Советскому Союзу сроком на 30 лет под создание военно-морской базы. Финнам дали десять дней, чтобы покинуть город. Это были кошмарные дни, однако, жители успели вывезти практически всё своё имущество, владельцы заводов и фабрик — почти всё оборудование, военные — вооружение, включая батарею дальнобойных 254-мм орудий с острова Руссарэ А памятник остался, с памятниками не воюют
Последнее фото пере 21.3.1940
13 мая 1941 года на Ханко прибыл новый командующий базой — генерал-майор С.И. Кабанов. Он разместился в красивом двухэтаэном доме, стоящем на высотке отдельно от других строений. С балкона второго этажа, вспоминает Кабанов, «...открывался великолепный вид на площадь, за которой стоял какой-то гранитный обелиск, на прекрасный пляж и на Финский залив» На следующий день генералу представилась возможность внимательно осмотреть этот памятник... 

Каково же было моё возмущение, когда я увидел обелиск, на который обратил внимание еще накануне из окна комнаты командирского дома. Он стоял метрах в сорока от могилы летчиков и надпись на нем выражала благодарность маннергеймовцев карательным войскам германского генерала фон дер Гольца, высадившимся в порту Ганге в апреле 1918 года и залившим Финляндию кровью революционеров! Неужели и тут, на арендованной территории, придется терпеть памятник палачам, как терпели в Курессааре меченосца, пока его не разбили революционные островитяне?! Да, трогать этот обелиск нельзя — пакт с Германией, эмоции следует сдерживать

Таким образом, не подлежит сомнению, что памятник оставался на своём месте по крайней мере до начала боевых действий, однако, вернувшись после эвакуации советских частей с полуострова, финны обнаружили его разбитым. 

Львы были перенесены к забору, окружавшему бывшее здание Гранд-Отеля, а обломки обелиска использовалиь для укрепления ската какого-то блиндажа. 

Среди местного населения поднялась волна возмущения. Местная пресса писала, что русские варвары сломали памятник, так как ненавидели фашистов и хотели этим поступком досадить белофиннам — прихвостням Гитлера. Словом, продолжалась пропагандистская война, начатая одновременно с войной классической, а на полуострове Ханко эта война носила поистине ожесточённый характер. Чего только стоило письмо защитников Ханко генералу Маннергейму — пасквиль, сочиненный на манер «письма запорожцев турецкому султану», впрочем, справедливости ради следует отметить, что письмо это распространялось среди своих солдат для укрепления их морального духа. Во всяком случае, я не нашел пока перевода письма на финский или шведский языки. 

Финны, надо отдать им должное, в долгу не оставались — вели свою агитацию, используя громкоговорители, а также листовки, при этом делая упор на национальность и социальный статус защитников — на Ханко численность воевавших украинцев приближалась к 50% - именно их склоняли финны «бросить всё и возвращаться в освобожденную от комиссаров Украину, строить там новую жизнь. 

А война продолжалась. В 1943 году магистрат города Ханко формирует комитет по восстановлению памятника, в который вошли известные и уважаемые горожане — вице-судья Вильгельм Вестман /Wilhelm Westman/, директор банка Йон Свенссон /Jon Svensson/, школьный советник Йейа Роос /Jeja Roos/ и другие. Согласно проведенному опросу, жители желали восстановить памятник, и в провинции Нюланд был объявлен сбор пожертвований. В течение месяца удалось собрать 46 000 марок, однако, счет за новый обелиск, выставленный перебравшейся в Карис компанией Granit Oy, составил 54 000. Тогда решили восстановить старый памятник, что позволило уложиться в 48 750 марок (недостающую сумму, как и в прошлый раз, покрыли из городского бюджета). Утерянные куски заменили новыми, а ноги солдата (они также оказались утеряны с одним из кусков) отлили из бетона, изготовленного в цвет гранита. Остальные повреждения - сколы и трещины, реставрировать не стали (это тоже символично — обратите внимание на постамент памятника Снельманну в Хельсинки) К имеющейся надписи ниже был добавлен следующий текст на финском, шведском и немецком языках:  

Враг осквернял и разрушал камень в 1940-1941 г.г. Он установлен вновь в 1943 как подтверждение незыблемости нашей благодарности.

В 1946 году монумент вновь был демонтирован. Идеологическая война продолжалась. Статья 21 Соглашения о перемирии между Фпинляндией и СССР содержит следующее требование:  

Финляндия обязуется немедленно распустить находящиеся на её территории все прогитлеровские (фашистского типа) политические, военные, военизированные, а также другие организации, ведущие враждебную Объединенным Нациям, в частности Советскому Союзу, пропаганду, и впредь не допускать существования такого рода организаций

На основании этой статьи советская Контрольная комиссия требовала изъять из продажи и запретить «пропагандистские» книги и фильмы. Члены комиссии совершали контрольные походы в магазинв и кинотеатры; был составлен список литературы, назначенной к изъятию. Мандат у комиссии был весьма обширен, и вскоре она обратила своё внимание на некоторые памятники. По требованию Жданова специальная правительственная комиссия представила в Контрольную комиссию описания и фотографии 683 памятников и памятных знаков, на 17 из которых от министерства внутренних дел были истребованы дополнительные данные. В конце концов «неугодных» памятников осталось всего семь — в городах Hanko, Turku, Pori, Pöytyä, Kärsämäki, Pulkkila, Tornio. Комиссия требовала:
 
  • С памятной плиты «Соратникам», установленной в 1921 году в Пори убрать карту области "Великой Финляндии";
  • Поставленный в том же году обелиск на кладбище в Пёутюя оставить без изменений;
  • Изменить тексты на памятниках в Кярсимяки и Пулккила, посвященных войне 1808-1809 годов: в текстах оскорбительное для русских слово ryssä заменить тактичным vihollinen /враг, противник/
  • На установленном в 1938 году монументе в память сражения 18.2.1918 в Торнио слово perivihollinen /заклятый враг/ убрать полностью
 На обелиске в Ханко требовалось удалить изображение немецкого солдата и креста — одного из символов вермахта (см.выше). Министр Эйно Килпи /Eino Kilpi, SDP/, выдвинувший это удаления этих символов, получил поддержку большинства членов правительства. Контрольная комиссия весьма строго следила за исполнением указаний, и, несмотря на бюрократическую волокиту (попросту говоря, саботаж), развязанную членами магистрата Ханко, к декабрю 1946 года случилось то, чего все так опасались — мэр города Элис Веннстрём /Elis Wennström/ сообщил на заседании городского совета, что ему звонил исполнительный секретарь министерства внутренних дел Вирта с сообщением, что Контрольная комиссия направила ноту в МИД Финляндии с запросом, почему до сих пор не убран памятник в Ханко. И хотя решение о сносе памятника еще не было официально принято -работала бюрократическая машина, мэр, видя, какие нешуточные баталии разыгрались в Хельсинки, принял решение демонтировать памятник. Голосовавшие в совете разделились 5 «за» и 2 «против». Строительной конторе, разбиравшей памятник, было предписано сохранять его части на своём складе.

В 1958-1959 годах местный врач К.Лундмарк /K.J. Lundmark/ предложил вновь восстановить памятник, и новый комитет приступил в Ханко к сбору средств. Было собрано около 334 000 марок. На заводе Granit Oy из красного гранита изготовили новый обелиск, и всё, казалось, было готово к установке, однако, город предложил для памятника другое место. 
 
Jarl Christian Olin (10.11.1886 - 12.10.1978), полковник, общественный деятель. В центре.
Члены комитета, во главе которого стоял полковник Олин /Jarl Christian Olin/, неоднократно обжаловали это решение в разных инстанциях, спорили и ругались, пока, наконец, не пришли к следующему соглашению: город предоставляет под памятник прежнее место и компенсирует полковнику понесенные затраты (новый монумет он оплатил из своих личных средств), а комитет использует для установки сохранившиеся части памятника. Солдат и старый текст были срублены, на памятнике появилась новая скромная надпись на финском и шведском языках. Проект был утвержден в магистрате 28.9.1960 и вскоре обновленный обелиск вновь занял своё место в створе городского бульвара.

Всё? Как бы не так... Уже несколько лет среди местных жителей ведутся разговоры о восстановлении исторического облика памятника. Создана инициативная группа, рассылаются письма и прошения, не прекращается полемика в местной прессе. Ведомство охраны памятников выступает против этого проекта. Пока. Что будет дальше? Поживём-увидим. 

Источники:
https://www.kuvakokoelmat.fi
https://sananvapauteen.fi
http://heninen.net
https://vastavalkea.fi
Hangon museon julkaissut kuvakokoelmat
Birgitta Ekström. Hangon muinaismuistoja, muistomerkkejä ja veistoksia, Karprint, Huhmari 1995
Кабанов С.И. На дальних подступах, Москва, 1971